Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

я

(no subject)

А почему монолог Гамлета считается таким пиздец великим? Он же по сути прост, как две копейки: смерть страшна, потому что не знаешь, что там будет после неё. Всё!
я

(no subject)

Кино и проза - это одно и то же, в том смысле, что кино - это движущаяся картинка, нарисованная кадрами, а проза нарисована словами.
я

(no subject)

Я наконец понял секрет успеха группы "Иванушки International": глуповато (как вся попса), но тепло, уютно и лампово. Как сказки. Обычные успешные сказки - именно такие, а лучшие, оставшиеся в истории сказки - ещё и со смыслом.

Журналу 8 лет. Ебануться.
я

Стихи о российском футболе

Жора-ипотека
Руслик-дискотека
Филя-пляжник
Артёмка-бумажник
Венька-гипс
Андрюшка-чипс
Валерка-пёс
Овчина-босс
БББ-Сашка
Лёнька-неваляшка
Алень с багажом
Кокора с кутежом
Рамзанка-рупор
Гена-Алдерв...ступор
Рыбак Олежка
Квинси-белоснежка
Иди-сюда-Валерка
Гаджи-где-ваша-дверка
Гинер-всё-купил
Стадион-распил
близнецы-берёзы
Лось и паровозы
Игорь-рекордсмен
Анжи-время-перемен
Васька-жирдяй
Лёнька-скупердяй
Игорь-баблос
Шпалыч-паровоз
Егорка-бромантан
Миля-дай-стакан
Урал-Терек нет улик
И Виталька-лецмиспик

Источник
я

Любимые стихи

Борис Олейник (в переработке svetlako)

***
Загрущу про себя, зарыдаю во тьме, закурлычу

А на людях я вдруг рассмеюсь, позабыв про печаль

Твои руки возьму, надо всеми тебя возвеличу

И положит звезда на молчанье моё печать

Для других я отцвёл, схоронил своё сердце навеки

И от взора чужого укрыл свою боль навсегда

Но однажды в ночи, только тронь мои сонные веки

Я ещё загорюсь, как ещё не горел никогда

Он приходит, тот сон, он приходит ко мне издалёка

Я проснусь, не пойму: то слеза или ветер с реки

И на небе ночном два бессонных мне чудятся ока

И в прощальном порыве застыли две птицы-руки


Александр Соколов

***
Невменяемый цвет прошлогоднего снега
Меня манит обратно в уют городов,
И я всласть задыхаюсь от быстрого бега
Пусть шальных, но и милых моей душе слов.

Я иду по дороге, и вот уже пища
Для измученных далью и теменью глаз –
Здесь, где окна домов будут вечно светиться,
Здесь, где дом мой – когда-то, а может, сейчас.

И, быть может, здесь ждут меня долго и вечно,
И здесь, может быть, я даже кем-то любим,
Здесь надежда на счастье моя бесконечна,
Здесь места, что мы смолоду в сердце храним.

Здесь мой город, с рожденья обрученный с ветром,
Здесь моя благодать, и святыня, и храм,
Здесь умрёт моя боль, не пройдя и полметра
По дороге любви, что построил я сам.


Андрей Родионов

***
Люди безнадёжно устаревших профессий
радостно поднимают глаза, недавно полные слёз.
По Тверской идёт процессия процессий,
поэты, которых принимают всерьёз.

Поэты заходят в кабаки и банки,
в обувной магазин Экко, в книжный магазин Москва,
и везде в обмен на их сонеты, верлибры и танки
им предлагается одежда, обувь, выпивка, жратва.

Все люди довольны — только геи возмущаются:
почему им можно, а нам нельзя парад?
Им можно, потому что они с нами прощаются,
сегодня они уйдут и не вернутся назад.

Люди радостно подтусовываются к лобному месту:
здесь выступит самый серьёзный виршеплёт,
и чресловещательница, из местных,
ему своими чреслами подпоёт:

«Мы заполнили все трещины, все лакуны,
все неправильности сгладили и углы,
уничтожили всё, на что натягивают струны,
и всё, куда можно забить голы».

Их провожают каждый год, до осени о них не слышно,
потом потихоньку наполняется ими Москва,
но на этот раз вдоль МКАДа мы поставим вышки —
каждый раз обещает мэр, но всё это только слова.

Пока есть дети духовно богатых родителей,
пока богатым не запретили иметь детей,
у этих мудаков будут зрители,
и, значит, снова наступит этот чёрный день.

Кто пляшет, кто поёт, кто ваньку ломает,
кто говорит, что это «не поэзия ни хера»,
а по Тверской ходят люди и за стихи покупают
кучи бесполезного или полезного добра.


Наталья Нечаянная

***
В Москве хуёво: хачи и гопники, повсюду гопники и хачи. Мороз и солнце, говно и голуби, подъезды с запахами мочи. Стоят дороги, плывут кораблики, бомжи с сидений стекают вниз. И лишь одно в перспективе радует:

В культурном Питере – заебись!

В хорошем Питере носят бороды и ссут в парадных под полонез. Трубит духовность, гордится городом и грамотей, и головорез. Культура, сука, цветёт огромная: изыскан хипстер и пидарас. А гопота, отжимая кровные, сначала делает реверанс. Куда ни глянешь, все ходят с нимбами и чистят зубы святой водой, и очевидно, что нужно к ним бы мне вписаться в этот цветущий строй.

Такая карма: и росту рослого, и андеграунд, и все дела, я если водку жру, то за Бродского, когда за Кафку уже жрала. Курю богемно, смотрю решительно, гуляю в кителе, как моряк. Но кто сейчас зависает в Питере, тот почему-то ещё не я.

В Москве тоска, в СПб – утопия. У нас авансы, у них – ампир. Кто хочет в Лондон, кто грезит Токио, тот хуй что знает про этот мир. Пора на Невский – сливаться с мудростью, переживать торжество души:
Уже говно в Петербурге – музыка.
Очаровательно, fucking shit.

я

(no subject)

Сокол мой, сынок Камчибек,
Покидаешь ты бренный мир,
Оставляешь неверный мир,
Сеть расставил жестокий век,
Захлестнули тебя петлёй,
Расстаётся душа с тобой.
Я скрутила горе своё,
Чтоб народ от беды сберечь,
В сердце скрыла горе своё,
Чтоб народ в беду не вовлечь.
Ты главы своей не склонил,
Честь джигита ты защитил.
Как в куреше, по пояс гол,
Смерть презревши,
в расцвете сил
Ты на схватку
без страха шёл.
Сын мой верный,
прощай, прости.
Ты шейит на святом пути!
http://ru.wikipedia.org/wiki/Курманджан_Датка

Это стихи киргизской царицы XIX века. "Современники высоко ценили [её] как поэтессу, ставя её в один ряд со знаменитыми поэтессами Средней Азии XIX века". Я что-то не понимаю - это хорошие стихи? Или переводчик нахалтурил?
я

(no subject)

Мы ебались в первый раз,
А ты взяла - обосралась.
Как неприятно было мне -
Тебя ебу, а сам в говне.

Хорошие стихи. Ещё бы на английском бы подборку бы хулиганских-то.

UPD: вот этот ничего:
If you wanna be rich,
You’ve got to be a bitch.

UPD: и ещё:
If you sprinkle
When you tinkle,
Be a sweetie -
Wipe the seatie.